К соседке по СВ пришли трое из плацкарта: «Что такого, это родственники»

Поезд Москва - Анапа, вечер, жара уже спала. Захожу в свой вагон, вижу проводницу - молодая, бодрая, с аккуратно убранными волосами и неизменным «добрый вечер, ваш билет». В СВ, кроме меня, была только одна соседка - женщина лет пятидесяти, в дорогом костюме, с идеально уложенными волосами и манерами хозяйки жизни. С первого взгляда - интеллигентная, солидная, даже немного высокомерная.

- Добрый вечер, - вежливо поздоровалась я, поднимая чемодан на верхнюю полку.
- Да-да, конечно, располагайтесь, - отмахнулась она, не поднимая глаз от телефона.

Я уже было достала книжку, как через полчаса в купе распахнулась дверь - без стука, резко, почти с грохотом. На пороге стояли трое: мужчина в майке, полноватая женщина с пластиковым пакетом и подросток лет пятнадцати с чипсами. Судя по виду - не из СВ точно.

- Мы к Татьяне Сергеевне! - радостно воскликнула женщина с пакетом. - Мы ж в плацкарте едем, а она сказала, тут у неё просторно!

Я не успела даже рта открыть, как они уже зашли внутрь. Мужчина опустился прямо на моё нижнее сиденье, мальчишка - на подоконник, женщина стала расставлять пакеты на столе.
Моя соседка - та самая Татьяна Сергеевна - улыбнулась, как будто всё в порядке:

- Ну что вы, садитесь, конечно! Хотите чай? У меня кипяток свежий.

Я сначала подумала, что это шутка. Но нет - они реально решили остаться.

- Простите, - начала я как можно вежливее, - это купе рассчитано на двоих, а вы… кажется, из другого вагона?

Женщина с пакетом даже не обернулась:
- Так это родственники, ничего страшного! Мы ненадолго, до Воронежа.

Я заметила, как подросток уже высыпал чипсы прямо на столик, а мужчина открыл банку пива и громко икнул.

- Татьяна Сергеевна, - обратилась я к своей соседке, - вы ведь знаете, что в СВ нельзя приглашать пассажиров из других вагонов?

Она вздохнула, с раздражением отложила телефон:
- Господи, ну неужели вам жалко? Мы же тихо посидим! Это же не плацкарт, тут уютно.

- Да дело не в жалости, а в правилах, - ответила я спокойно, хотя внутри уже закипала. - Вы заплатили за два места, а не за четыре.

- Ну и что? Это мои родственники! - повысила голос Татьяна Сергеевна. - Неужели вы такая принципиальная, что вам жалко, если люди немного передохнут?

Мужчина в майке поддержал:
- Правильно, Таня, не обращай внимания. Люди нынче злые пошли - никому стула не уступят!

Я уже тянулась за телефоном, чтобы позвать проводницу, но тут женщина с пакетом неожиданно достала из него еду и громко заявила:
- Мы сейчас перекусим и пойдём.

Запах котлет моментально заполнил всё купе. Я выскочила в коридор - там хоть воздух был. Минут через пять появилась проводница.

- У вас тут всё в порядке? - спросила она, видя, что я стою в дверях.
- Не совсем, - ответила я. - В купе посторонние.

Проводница вошла внутрь, и я услышала сдержанный, но твёрдый голос:
- Уважаемые пассажиры, СВ - это отдельный класс обслуживания. Нельзя находиться здесь без билета.

Мужчина поднялся и недовольно буркнул:
- Да ладно вам, мы ж просто к родственнице зашли. Никому не мешаем.

Проводница не смутилась:
- Вы мешаете. И нарушаете правила перевозки. Пройдёмте, пожалуйста, в ваш вагон.

Татьяна Сергеевна вспыхнула:
- Я не понимаю, почему нельзя! Это же мои гости!

- Потому что вы оплатили два места, - спокойно ответила проводница. - А сейчас вас в купе пятеро.

Женщина с пакетом прижала к груди котлеты и тихо пробормотала:
- Господи, какие злые все стали… Раньше люди были добрее.

Проводница не реагировала на жалобы, просто указала им на дверь. С минуту казалось, что сейчас начнётся скандал, но, к счастью, мужчина взял пакеты и сказал:
- Пошли, Людка, не позорься.

Они нехотя вышли.

Когда дверь закрылась, в купе повисла тяжёлая тишина. Татьяна Сергеевна демонстративно отвернулась к окну. Я сидела и думала, как люди умудряются считать, что «родственники» автоматически дают право нарушать чужие границы.

Через минут двадцать она всё же не выдержала и бросила:
- Надо же, вот из-за таких, как вы, и жить холодно.

Я спокойно ответила:
- Нет, Татьяна Сергеевна, жить холодно из-за тех, кто не понимает, что чужое - это чужое.

После этого мы не обменялись ни словом до конца поездки. Она вышла первой, громко хлопнув дверью. А я, когда поезд остановился, выдохнула с облегчением и подумала, что, пожалуй, следующий раз возьму целое купе целиком - и не из-за страха, а просто ради душевного покоя.

Мораль истории

Некоторые люди уверены, что «родственники» - это универсальное оправдание любой наглости. Но СВ - не гостиная и не семейная кухня: там тоже действуют правила. И если кто-то приходит «на чай» из плацкарта - это не милое соседство, а нарушение.

Всегда можно быть добрым, но вежливость не должна становиться слабостью.