Иран до исламской революции и сегодня: как страна превратилась из западного рая в котел для протеста

В середине 1970-х годов Тегеран напоминал европейскую столицу: небоскребы, кинотеатры и модные бутики были обыденностью. Шахская "Белая революция" делала ставку на форсированную модернизацию сверху. Государство вкладывало нефтедоллары в промышленность и образование, стремясь превратить аграрное общество в индустриальную державу. Право голоса для женщин, предоставленное в 1963 году, стало частью этих реформ. Однако этот блестящий фасад скрывал глубокое неравенство, о чем подробно пишет автор канала markeremintravel.

Реформы привели к стремительной урбанизации, но не смогли создать равные возможности для всех слоев населения. Параллельно с развитием инфраструктуры росла роль САВАК - спецслужбы, известной жестокими репрессиями и подавлением инакомыслия. В обществе зрело недовольство из-за сильной зависимости правительства от США и ощущения, что национальные богатства распределяются несправедливо. Как это часто бывает, город превращается в бетонный лабиринт: почему комфорт сменился человейниками и кто на этом зарабатывает, когда развитие не подкреплено социальным консенсусом.

Сегодняшнее состояние иранского общества определяется комплексом острых проблем:

• Жесткий контроль государства над частной жизнью, особенно в вопросах дресс-кода.
• Экономический кризис, вызванный санкциями, коррупцией и неэффективным управлением, который тяжело бьет по уровню жизни обычных людей.
• Политическая безнадежность из-за отсутствия легальных механизмов смены курса.
• Периодические отключения интернета как способ власти изолировать протестующих от внешнего мира.

Многие современные иранцы чувствуют, что оказались в исторической ловушке: жизнь стала чередой ограничений без видимой перспективы улучшения. Даже прожил в Казани десять лет: восемь привычек местных жителей, которые до сих пор вызывают у меня недоумение эмигранты часто отмечают, что нынешнее недовольство продиктовано не столько ностальгией по прошлому, сколько усталостью от бесконечного застоя.